Из-за обвала рубля клубы РПЛ уходят от зарплат в евро и закрепляют особый курс. Это нормально?

Организация РПЛ Александр Маньяков Дмитрий Комбаров ЦСКА Герман Ткаченко Локомотив премьер-лига Россия УЕФА CAS Сергей Прядкин Федор Смолов Илья Геркус агенты Спартак Футбол

Узнали у агентов и топ-менеджера.

Обвал рубля (доллар в конце февраля стоил 63 рубля, теперь – 78, а евро подскочил с 71 до 84) существенно увеличит расходы клубов РПЛ: зарплаты многих звезд, особенно иностранных, привязаны к евро. Чтобы хоть как-то сдержать рост расходов и контролировать ситуацию, некоторые клубы снова заговорили о фиксации курса, как в 2014-2015 годы.

Например, «Ахмат». «Мы зафиксируем курс, можно сказать, что решение уже окончательное. Цифру вам сейчас не назову, но со многими игроками уже поговорили», – сказал генеральный директор клуба Ахмед Айдамиров. По информации «Чемпионата», о фиксации в ближайшее время с игроками договорятся «Арсенал» и «Крылья Советов», а ЦСКА может перевести на рубли российских игроков. 

Сильнее прочих обеспокоен владелец «Спартака» Леонид Федун: «Повлияет ли кризис? Конечно. Все зарплаты к евро привязаны, а доходы в рублях». Эта деталь контрактов игроков волнует Федуна давно, вот что он говорил еще летом 2019-го, когда ситуация казалась более-менее стабильной: «Мелкадзе – один из немногих, кто согласился на низкую рублевую зарплату. Все остальные получают гарантированную зарплату, привязанную к евро. А Мелкадзе в рублях. Он и Ещенко. И дальше мы тоже будем переводить игроков на рубли. У нас все доходы в рублях, а расходы привязаны к евро – от волатильности сильно страдаем». 

Metaratings.ru пишет, что при скачке курса больше чем на 15% (сейчас как раз больше и в долларах, и в евро) футболисты «Спартака» будут получать зарплату по старому курсу. 

Часть команд РПЛ проблема курса валют не касается – они давно, как минимум со времен кризиса 2014/15, платят в рублях. 

Sports.ru позвонил двум агентам и бывшему топ-менеджеру клуба РПЛ, чтобы понять, от чего зависит валюта в контракте и как русский футбол переживал предыдущий кризис 2014-2015 годов. 

Контракты заключаются либо в рублях, либо в валюте (по среднемесячному или текущему курсу). Из-за выплат в рублях в «Зенит» не перешел Манолас

«В целом существуют две базовых варианта: в валюте или в рублях. Но навскидку я приведу еще три-четыре, где дело в нюансах, – рассказывает глава агентства ProSports Management Герман Ткаченко. – У иностранца и вообще востребованного игрока контракт фиксируется в евро, а выплачивается в рублях по курсу ЦБ на день выплаты. Или по курсу на начало месяца. Или, как когда-то в «Локомотиве», по среднему курсу за месяц. Или на конец месяца. 

Есть клубы, которые сами определяют курс доллара. Например, определяли его по 40 во времена, когда он был в районе 37-40. Если доллар поднимался выше, то они все равно платили по 40, то есть игрок проигрывал. Но если доллар падал – игрок выигрывал. 

Бывает, что курс не выше какой-то отметки. Все это разные формы хеджирования ситуации». 

– Как привязка к курсу прописывается в контракте? 

– Так и прописывается: «Оплата 50 тысяч долларов в месяц до или после выплаты налогов по курсу ЦБ на день выплаты». 

– А можно вообще платить в валюте? Чтобы человек из банкомата получал евро. 

– Нельзя. Есть история, как Манолас не перешел в «Зенит». Он не принял эту часть, сказал: «Как это вы будете платить в рублях? Платите мне в евро». Ему: «Нет, тебе будут платить по курсу дня в рублях, а ты будешь менять на евро, потеряешь максимум полпроцента». Он встал и ушел с переговоров. Он не понимал или прикидывался, что не понимает, что в России незаконно платить в евро и долларах. При этом в контрактах прописывать валюту можно». 

Бывший президент «Локомотива» Илья Геркус в комментарии для Sports.ru подтверждает, что легионеры не готовы к рублям: «У кого-то не евро, а доллары, но если человек из страны еврозоны, то хочет домашнюю валюту».

Геркус объясняет, что при нем в «Локо» было не строгое, но все-таки деление: иностранцы в основном получали в валюте, русские – в рублях.

– Бывало, что продавливали легионера и платили ему в рублях?

– Бывало. Но все знают, что курс нестабильный. Так что это просто вопрос переговоров. Один из пунктов – в какой валюте контракт и по какому курсу. При мне он был на дату выплаты, при этом у большей части иностранцев стояло ограничение – не выше 75 рублей за евро.

Контракты 70% игроков РПЛ – рублевые. К валюте зарплата привязана почти у всех иностранцев и востребованных русских

Но даже указанные в контракте параметры могут корректироваться. 

«Один раз мы хотели заключить контракт в евро, а клуб на это не шел. Сказал, что переходит на рубли. Тогда мы договорились, что контракт будет в рублях, но если курс доллара изменится больше, чем на 15% с момента заключения контракта, то со следующего месяца контракт пересчитывается», – вспоминает Ткаченко. 

Геркус говорит, что такое бывало и в «Зените». 

– Кто разрабатывает эти схемы? – вопрос Геркусу.

– Смотрите, ваша задача как руководителя – всех перевести в рубли, чтобы не нести валютных рисков. Дальше – искусство переговоров. Часть игроков сразу отказывается об этом говорить. Когда игрок чувствует за собой силу, то начинает манипулировать. Кто-то продавливает клуб. У молодых, особенно из российских клубов, особого выбора нет. Тут нет системы, что всех переведем в рубли. Легко сказать – трудно сделать, иначе без игроков останетесь. Ищите компромисс.

Мнение Ткаченко: привязка к валюте зависит от качества и востребованности футболиста: «Если ты как клуб хочешь именно этого игрока, то привязываешь ему. Хотя после прошлого кризиса большинство нормальных русских футболистов получают в рублях. Иностранцы на это плохо идут, а русские многие ушли в рубль». 

– Даже Смолов в «Локо» в рублях получал? 

– У него, кажется, было зафиксировано в евро. Но есть хорошие футболисты, которые получали в рублях. Зависит от того, имеются ли у игрока другие варианты, может ли он диктовать условия. Мы же не упертые идиоты, мы оцениваем ситуацию. Если это справедливо к футболисту, то пытаемся его убедить, что другого варианта нет, что сегодня такая ситуация: надо соглашаться на рубли. 

Некоторые клубы вообще не готовы привязывать зарплату к евро и во всех контрактах прописывают только рубли. По словам Ткаченко, таких клубов в лиге «не один и не два», а президент РПЛ Сергей Прядкин в 2018-м уточнил, что к курсу валют не привязано около 70% игроков чемпионата.

Один из клубов, который все делает только в рублях – «Тамбов», говорит глава агентства Follow Me Agency Александр Маньяков. «При этом представим, что у них есть возможность взять супериностранца. Например, окно закрывается, он никуда не устроился, появляется возможность его взять. Он говорит: «Я хочу получать в евро. Давайте привяжемся». Ради него сделают исключение. Хотя у остальных все останется в рублях». Таких ситуаций в РПЛ немало (см. таблицу в начале материала). 

По словам Маньякова, привязка к курсу доллара и евро в принципе распространена в странах СНГ: «Когда мы делали трансфер в Белоруссию, то прописывали сумму долларах, но выплата шла по курсу ЦБ в местной валюте. В Казахстане было несколько дефолтов, там заключались в тенге. Наверняка звезды привязываются к доллару и евро». 

Клубы не имеют права фиксировать курс во время кризисов: «Локо» из-за этого проиграл кучу судов игрокам и тренерам. Правда, есть вариант, что дисквалифицируют, наоборот, футболиста

Последний раз рубль обваливался осенью-зимой 2014-2015 годов: с июля по декабрь 2014-го доллар вырос с 34 до 55 рублей, евро – с 46 до 68. В 2015-м не было сильных перепадов, но валюта росла постепенно. Тогда клубы тоже фиксировали курс, причем сначала подписали меморандум: договорились о долларе по 45 рублей, а евро – по 55. «Клубы РФПЛ договорились обратиться к футболистам, их агентам и другим представителям с предложением установить единые корпоративные курсы валют для расчетов по заработной плате», – писала в декабре 2014-го пресс-служба лиги. 

Правда, после этого все действовали по своей схеме. Например, в «Ростове» сообщили, что еще до начала сезона зафиксировали доллар по 30, а евро – по 40. В «Динамо» ждали завершения контрактов и боялись что-то менять. В ЦСКА не фиксировали курс, а урезали в «другой форме». В «Зените» не делали вообще ничего, а в «Спартаке» действовали так, как и договорились в меморандуме. По словам Артема Реброва, на это согласились все игроки, хотя за две недели до этого Дмитрий Комбаров грозился пойти в суд: «Мы подписывали контракты на условиях, которые были четко оговорены. И если нас поставят перед фактом о каком-либо фиксированном курсе, естественно, будем судиться. Потому что это несправедливо». 

По сути, меморандум не привел к централизованным действиям, но в изменившихся реалиях стало больше зарплат исключительно в рублях.

Александр Маньяков говорит, что юридически курс фиксируется в дополнительном соглашении между игроком и клубом: «В нем пишут, что условия контракта остаются прежними, но стороны договариваются, что курс евро будет, условно, не более 75 рублей». 

Важный нюанс – новую договоренность должны письменно одобрить обе стороны. «Вы предлагаете зафиксировать – люди соглашаются или не соглашаются, – объясняет Геркус. – Если не соглашаются, то идут в CAS – верховный спортивный суд и отбивают все до копейки. В «Локомотиве» были случаи, когда игроков заставляли делать, а они отказывались. Их ставили перед фактом, просто платили по фиксированному курсу, но заканчивалось это плохо: игроки или разрывали контракт, или продолжали играть, но судились. Контракты защищены CAS – вы ничего не сделаете, нужен компромисс.

– Какие дела проиграл «Локомотив»?

– Тому же Фернандешу, Сапатеру. По тренерам: Билич, Кучук. Около 10 исков. Там [проигрывались] не все дела целиком, а части дел. У кого были валютные выплаты – клуб всем занижал курс. Кто потом подавал в суд – все выиграли.

– То есть Смородская без подписания бумаг просто платила по другому курсу?

– Ну да, ставила перед фактом. В итоге люди все равно получали зарплату, но с задержкой и через суд спустя пару лет. Хотя по науке нужно подписывать допсоглашение. Должна быть подпись игрока или тренера – по-другому никак».

Что тогда лучше делать футболистам и агентам? Маньяков считает, что пока надо просто следить за развитием ситуации: если по игроку есть достойное предложение, то можно стоять на своем и не фиксировать курс. «Только кого ты куда устроишь сейчас? Клуб скажет: «А, ну разрывайте контракт и идите на все четыре стороны». И куда мы пойдем, когда чемпионаты на карантине? Мы, агенты, должны договариваться и искать компромисс. Как я пойду качать права против условного «Локомотива» по поводу Ромы Тугарева, если они скажут, что не могут платить больше? И потом: «Забирай своего Тугарева, мы тебе ворота закроем в клуб, ты никогда в команду не зайдешь, не приведешь никого, из молодых никого не подпишешь». У клубов тоже есть возможности давить на агентов». 

Ткаченко согласен, что сила – в переговорах. «Надо оценивать, насколько простая или тяжелая ситуация, разрушит ли она клуб, какие есть альтернативы. Может, решение о сокращении зарплаты приняли все футболисты. И как в таком поступить тебе? Некоторые клубы вообще принуждают через выставление на трансфер или отправление в дубль. Готов ли ты терпеть, не играть, но получать деньги или найдешь альтернативное решение? Это вопрос твой как игрока востребованности и общей ситуации в отрасли. 

– Лига может принять общее решение? 

– Она уже принимала меморандум. Он не имел юридической силы. Но надо реально оценивать ситуацию, как из нее можно выйти. Играть важнее, чем быть в дубле или на трибуне и не играть. Этот вопрос деньгами не меряется.

Из-за коронавируса зарплаты игроков во всей Европе могут уменьшить – но это временно. И даже с таким сокращением можно не согласиться

У многих клиентов Маньякова контракты прописаны именно в рублях. Спрашиваю, могут ли из-за кризиса пересмотреть и их. Агент отвечает, что по трудовому кодексу договор нельзя пересмотреть в одностороннем порядке. Но оговаривается, что ситуация в мировом спорте сейчас уникальная и возможен любой прецедент.

Речь – в первую очередь о регламенте ФИФА. В ближайшие недели организация должна обсудить, как футболу жить дальше и какие зарплаты платить. Что это будет за документ, пока не знает и Ткаченко, но в медиа обсуждается сокращение выплат на какую-то долю: «Документ наверняка будет носить рекомендательный характер. Сразу вопрос – насколько это имеет юридическую силу, чтобы платить не всю зарплату, а процент. Но это точно создаст подходящую атмосферу, чтобы обсудить все, что мы обсудили выше».

Геркус считает, что согласованная с УЕФА позиция для клубов намного лучше, чем самостоятельная фиксация курса и внутренние меморандумы: «Единая позиция российских клубов легко разбивается в суде. Логичнее ждать позиции УЕФА в целом. Если УЕФА примет решение по всем простаивающим лигам (условно: мы рекомендуем футболистам коллективно отказаться от половины зарплаты, так как они не исполняют свои обязанности), то это точно будет лучшим решением. Скоро это будут обсуждать европейская клубная ассоциация и ассоциация лиг».

– Но они все равно вынесут лишь рекомендацию.

– Тогда на одной стороне будет группа игроков, на другой – все европейские клубы, поддержанные УЕФА. То есть работники и работодатели. Если будет согласованная позиция всех клубов или клубов и лиг, то в CAS им будет проще отстоять свою позицию. Хотя CAS окажется в непростой ситуации. На какую сторону качнется – так и будет. Скорее всего, все-таки поддержит клубы и лиги. Де-факто ситуация такая: игроки могут соблюдать обязанности, но клубы не могут по не зависящим обстоятельствам дать такую возможность и зарабатывать на этом, потому что индустрия парализована.

Будет компромисс. Игрокам нельзя в такой ситуации настаивать на том, чтобы клубы платили 100% зарплаты. Нужно поддержать работодателя, помочь отрасли.

Контракт РПЛ с «Тинькофф» – исторический шанс лиги на развитие. А много или мало 375 млн рублей в год – пустой спор

Фото: РИА Новости/Александр Вильф, Владимир Песня, Рамиль Ситдиков; globallookpress.com/Maurizio Borsari; Gettyimages.ru/Elsa

Источник: sports.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.